Один год из жизни И.И. Левитана
(этюд "Весна пришла" 1896 г.)

Две работы И.И. Левитана в коллекции Плесского музея-заповедника датируются 1896 годом: одна из них - "Весна пришла" 1896 г. (картон, акварель, сепия, тушь, белила, карандаш, перо; 16,5х30,5) был приобретён А. П. Вавиловой в частном собрании В.Э. Федотовой в Москве.

Ранее картина находилась в собрании В.И. Синайской (Москва). В ГТГ хранится фотография этой работы под названием "Деревня" с пометкой - местонахождение неизвестно, ранее - собрание В.И. Синайской. Снимок, привезённый А.П. Вавиловой, показывает, что "Деревня" и "Весна пришла" - названия одной и той же работы. Сомнения в идентичности вызывали лишь несовпадения в размерах ("Деревня" 14,7х31, а "Весна пришла" - 16,5х30,5), а также отсутствие надписи, сделанной тушью пером рукой Левитана, внизу слева - Весна пришла !!!!! - надписи, слишком заметной, чтобы остаться незафиксированной в каталогах выставок, где этюд "Деревня" фигурирует под № 453 (Москва, 1938 г.) и под № 294 (Ленинград, 1939г.). Причиной недоразумения оказалось старое паспарту чуть больших размеров, границы которого хорошо видны по следам клея на этюде. Совершенно очевидно, что нижний край старого паспарту полностью закрывал надпись, поэтому размеры были проставлены только по видимой части работы, на которой хорошо читалась одна дата в правом углу выше надписи - 96. Надпись, кем-то обнаруженная, когда сняли паспарту, и послужила поводом для нового названия - "Весна пришла".

Другая, тоже "весенняя" - картина "Цветущие яблони" - один из вариантов известной темы, была передана Плесскому музею из фондов Государственного Русского музея.

Подобную картину И.И. Левитан когда-то подарил дочери лечившего его врача Ивана Ивановича Трояновского, знакомство с которым "постепенно перешло в дружбу". Анна Ивановна Трояновская рассказала об этом в своих воспоминаниях о Левитане:

"В декабре 1896 года отец пришел к Левитану приглашать его на мои именины: мне исполнилось десять лет. Исаак Ильич захотел подарить мне какой-нибудь этюд свой.

"Эх, - говорил он, перебирая этюды, - все это слишком мрачно для подарка такой юной особе!.." Наконец, он остановился на небольшом пейзаже с цветущими яблонями. На этом замечательном подарке он сделал надпись: "Милой деточке Анюрке старый хрыч И. Левитан. 1896."

Настоящее исследование, в связи с мотивом работ, касается и темы весны вообще в творчестве пейзажиста. Весна - любимое время года Левитана, уже судя по количеству работ, датированных весенним временем, или написанных позднее, по натурным этюдам, картин. Их около двухсот, дошедших до нас и несохранившихся, но упомянутых в каталогах выставок, весенних живописных работ, а также около сорока рисунков.

Особого внимания заслуживают восемь наиболее плодотворных вёсен в творчестве пейзажиста.

Это - ранняя весна 1884 года, когда он уезжал на этюды вместе с художником В.В. Переплётчиковым в Саввинскую слободу под Звенигородом. Известно около двадцати работ этого периода ("Мостик. Саввинская слобода", "Саввинская слобода под Звенигородом" и проч.)

Примерно столько же этюдов привёз Левитан из Бабкина на реке Истра, где он гостил у Чеховых в апреле - мае 1885 года ("Река Истра" и др.)

Самое большое количество - около семидесяти весенних работ - дал художнику Крым (Ялта, Массандра, Алупка, Симеиз, Кореиз и т.д.), его первое большое путешествие в конце марта 1886 года. Художник оставался в Крыму до конца мая и успел запечатлеть море, скалы, яркое южное небо и буйное цветение деревьев ("Сакля в Алупке", "Улица в Ялте" и др.).

Потом была первая поездка Левитана на Волгу в апреле или начале мая 1887 года, ненастная весна в Васильсурске и примерно полтора десятка известных работ ("Разлив на Суре" и др.). (В Плёс он приехал лишь поздней весной, в самом конце мая - начале июня 1888 года)

Наконец, три весны, проведённых художником за рубежом (март-апрель 1890 и 1894 годов и апрель-май 1897 года в Италии и на юге Франции), которые дали ему в общей сложности около шестидесяти этюдов и картин, примерно по два десятка работ за каждую "заграничную" весну.

Здесь же речь пойдёт о весне 1896 года. Богатый разными событиями, этот год начался для художника, как обычно, с очередной Передвижной выставки, открытой зимой в Петербурге (Исаак Ильич уезжал туда в начале февраля для участия в общем собрании Товарищества), а затем, уже весной - в Москве. Позади остались хлопоты по оформлению и отправке десяти картин, переживания, связанные с их развеской, потом - с открытием выставки, отзывами публики и прессы.

А в перспективе - новые приятные волнения. 20 марта при содействии А.Н. Бенуа Левитан получит приглашение участвовать в выставке объединения "Secession" в Мюнхене, пошлёт туда 3 пейзажа, а 25 марта П.М. Третьяков купит у него картину "Март", и П.П. Морозов приобретёт пейзаж "Волга. Ветрено" ("Свежий ветер. Волга").

Приближалась и Всероссийская промышленно-художественная выставка в Нижнем Новгороде, к которой Левитан готовился серьёзно и основательно: ведь он пошлёт туда целых семнадцать работ!

Между тем, активная выставочная деятельность не станет помехой творчеству. К лету, как всегда, художник соберётся на этюды, на этот раз в Финляндию.

Однако, "меняя места в поисках за сильными мотивами", как он напишет А.П.Чехову, будет разочарован: "За лесом серая вода и серые люди, серая жизнь...". Он будет бродить по берегу моря, по скалам, чьи формы, сглаженные тысячелетиями, наводят на размышления о краткости человеческой жизни перед лицом природы, о веках, "в которых потонули миллиарды людей, и потонут еще...". Его письма к друзьям полны отчаяния: "Этакое несчастье - всюду берешь с собой себя же!.. Тщетность, ненужность всего очевидна! Горе, тоска, тоска без конца...".

Уже тогда далеко не новые, эти мысли и настроения свидетельствовали об опасном заболевании сердца, которое врачи обнаружат ближе к зиме. " У Левитана расширение аорты. Носит на груди глину. Превосходные этюды и страстная жажда жизни", -запишет А.П.Чехов в своем дневнике. "Левитан по-видимому скоро умрет".

А пока... Пока еще была весна, волнующая, полная радостных надежд, творческих планов, несущая в себе "целый мир высокой поэзии", который Левитан словно унаследовал от своего учителя, Алексея Кондратьевича Саврасова, автора живописного гимна весне - картины "Грачи прилетели". Как Саврасов, Левитан старался "отыскать в самом простом и обыкновенном те интимные, глубоко трогательные, часто печальные черты, которые так сильно чувствуются в нашем родном пейзаже и так неотразимо действуют на душу".

"Весна. Какой мох! Уж распустился дуб... В сокольниках фиалки цветут... Ступайте в природу... Там красота неизъяснимая. Весна. Надо у природы учиться... Если нет любви к природе, то не надо быть художником, не надо".

Самый большой отклик находили слова Саврасова в чуткой душе Левитана, ещё в годы учебы целыми днями пропадавшего где-нибудь в парке или в лесу, лёжа на траве, глядя на облака, пытаясь постичь тайну мира, проливая слезы умиления перед его красотой...

Сколько весен он напишет потом, позднее! Весен ранних, неярких, с оседающим снегом, проталинами и ручьями, с половодьем (как раз в апреле 1896 года художник начнет работу над картиной " Весна. Большая вода", одним из самых тонких лирических пейзажей "настроения"), и весен с ослепительным солнцем, с буйным цветением сирени, яблоней и вишен Подмосковья, цветущими глициниями в Крыму, или итальянских весен с миндалем и персиковыми деревьями в цвету на фоне заснеженных Альп...Только с цветущими яблонями известно пять работ ( в их числе и та, что в коллекции Плесского музея ), написанных художником в мае 1896 года.

"Наступала весна, - пишет в своих воспоминаниях о весне 1896 года товарищ Левитана, художник М.В.Нестеров, - хотелось уехать в деревню, в лес, на этюды...". "Опять Москва, опять собрались у Левитана Поленов, оба Васнецова, я, актер Ленский с женой и добродушный толстяк - писатель Михеев. Пирования тогда чередовались: то обедали у Остроухова, то ужинали у Архипова..."

Тот же Нестеров вспоминал еще один день из этой весны - 18 мая 1896 года, когда он стал свидетелем торжеств по случаю коронации Николая Второго на Красной площади. Он рассказал о том, как были установлены трибуны, как пушечные залпы, а затем

колокольные звоны возвестили о торжественном въезде, позднее появились жандармы, конвой, войска взяли на караул, заиграла музыка, наконец, "показался на белом коне молодой царь". А вечером, когда зажглась иллюминация, "началась волшебная сказка, сон наяву. Народ ходил, как очарованный, среди блистающего самоцветными камнями, миллионами огней, города, Кремля, любуясь диковинным зрелищем. По деревьям Александровского сада висели огненные цветы, плоды. Все сияло, переливалось, сверкало золотом, алмазами, рубинами на темном фоне весенних сумерек, потом тихой майской ночи..."

Нестеров не упоминает здесь о Левитане, а, между тем, были они вместе, или врозь, но Левитан тоже любовался красочным спектаклем. Об этом свидетельствует его пейзаж "Иллюминация Кремля" 1896 г. (Дер.м. 62 х 85), который находится сейчас в Днепропетровском музее, а также его повтор или вариант - в частном собрании (по каталогу А.А.Федорова-Давыдова - собрание Рабинович, М., 1896, дер. 62 х 86).

Значит, захваченный также как все, удивительной картиной расцвеченной огнями ночи, Левитан торопился не пропустить, запечатлеть это чудо, в живописи выразить свои восторги. Может быть, он будет разочарован потом, дома, вечно не довольный собой, снова будет говорить: "Ничего не вышло... То, что я видел, чувствовал и остро переживал, мне не удалось передать в этюде". "Велика была требовательность его к своей работе", - вспоминали о Левитане друзья.

Но вернемся к апрелю 1896-го, когда художник писал "нашу" весну.

Пейзаж выполнен в довольно редкой, смешанной технике сочетания заливок сепией с белилами и гуашью, а также карандашного рисунка и рисунка тушью, пером. Сдержанная, почти монохромная серо-коричневая гамма этюда передает атмосферу одного из дней ранней весны в деревне, еще не яркого, с блеклым небом, с деревьями и избушками на фоне рыжеватой земли, с остатками снега в ложбинках. В углу рукой самого Левитана поставлена дата - 96.

Теперь трудно сказать, где он писал ту деревеньку, одну из великого множества ей подобных. В последние годы этих деревень у художника больше всего, как в живописных работах, так и в рисунках.

"Кажется, будто Левитан в конце своего творчества возвращается к той тематике деревенской жизни, с которой он начинал как ученик Саврасова", - пишет автор монографии о Левитане, известный искусствовед А.А.Федоров-Давыдов. - "Но, конечно, теперь деревенская тематика звучит уже совсем по-другому, иначе решается и в живописи и в образном отношении. Сказался весь громадный опыт пройденного творческого пути, все достижения в "лирическом философствовании", вся замена изобразительного рассказа эмоциональным показом".

Эту деревню Левитан писал, скорее всего, под Москвой, может быть, и у Чеховых, в Мелихове, где он гостил с 29 апреля по 1 мая. Правда, еще раньше, в письме к В.Д.Поленову от 23 февраля он сообщал, что на днях уезжает в Киев, но документальные подтверждения этой поездки до нас не дошли. К тому же, сама деревня, ее избушки, совсем не похожи на украинские хутора с их хатками-мазанками. В любом случае, деревня давно не существует, по крайней мере, в том виде, как ее запечатлел Левитан. Известно, впрочем, что ни одна из его работ не была списана целиком с натуры. "Живопись не протокол", - говорил художник, учивший делать "из впечатлений, получаемых от природы, нужный для искусства отбор". О подобных работах Левитана этого периода можно прочесть у Федорова-Давыдова:

"Самостоятельные станковые рисунки и в особенности акварели Левитана близки к его живописи, а порой являются, в сущности, ее разновидностью в ином материале". В его поздних работах "сама линия становится похожей на мазок кисти. "Живописность" манеры рисунка усиливается введением в него цвета... Как и во многих картинах конца 90-х годов, здесь обобщенность форм и тонкая разработка колорита в пределах малого количества цветов, цветность при сдержанной приглушенности служат заостренной выразительности образа".

Пейзаж "Весна пришла" чем-то напоминает описание деревни в рассказе А.П.Чехова "Мужики":

"В течении лета и зимы бывали такие часы и дни, когда казалось, что эти люди живут хуже скотов.. .Тяжкий труд, от которого по ночам болит все тело, жестокие зимы, скудные урожаи, теснота, а помощи нет и неоткуда ждать ее...". "Но, как бы то ни было, зима кончилась. В начале апреля стояли теплые дни и морозные ночи, зима не уступала, но один теплый денек пересилил, наконец, - и потекли ручьи, запели птицы... журавли летели быстро - быстро и кричали грустно, будто звали с собою".

...На первый взгляд в картине все кажется тусклым, маловыразительным. Лишь порывистое движение тонких ветвей к небу, к свету, выдает волнение пейзажиста. Его рука точно ведет за собой наш взгляд, то набрасывая штрихи по жухлой, прелой траве, то тщательно прорисовывая пером промежутки между бревнами изб и сараев, прочерневших после долгой зимы. Мастерски, с виртуозным изяществом, Левитан касается стволов и веток, так, что они словно дрожат под его пальцами... Наконец, той же тушью пишет внизу - Весна пришла - и ставит пять восклицательных знаков.

¹ И.И.Левитан. Документы. Материалы. Библиография. По общей редакцией А.А.Федорова-Давыдова. Изд."Иск-во", М., 1966.

² И.И.Левитан. Каталог выставки "К столетию со дня рождения". 1860-1960. Изд. АХ СССР, М., 1960.

³ И.И.Левитан. Письма. Документы. Воспоминания. Под ред. А.А.Федорова-Давыдова. М., "Иск-во", 1956.

⁴ Чехова. М., "Правда", 1990г.,с. 374

⁵ М.В.Нестеров, "давние дни. Воспоминания. Очерки. Письма. Уфа: Башкирское кн. изд-во, 1986 г., серия "Золотые родники".

⁶ Константин Коровин вспоминает. М. "Изобр. иск-во, 1990 г.

Copyright © http://www.plyos.org All rights reserved admin@plyos.org